Беларусь ищет нефть в лабиринте многовекторности

Простая математика сложной геополитики

Нефтяной вопрос для Беларуси возник не вчера. Сегодняшняя ситуация во многом была предопределена ещё в конце 2018 года: с одной стороны, Минск хотел получать максимально возможную выгоду от импорта российской нефти, упирая на членство в Союзном государстве с РФ, с другой – определял основой белорусской внешней политики так называемую многовекторность.

Ловушка здесь в том, что второй вектор направлен на Запад и предполагает «диверсификацию» отношений с Россией  в пользу «западных партнёров».

Диверсификация – это продукт западных технологий информационной войны, успешно действующая в войне торговой. Например, для Украины «диверсификация» в энергетической сфере обернулась чередой экономических неудач: в угоду Западу украинское руководство отказалось от дешёвого газа и перешло к закупкам так называемого реверсного – того же российского, но только более дорогого. Далее последовали снижение объёмов транзита через украинскую ГТС, удорожание газа для экономики и населения. Зато в Европе и США довольны: украинская «диверсификация» поработала на их карманы! И продолжает работать, поскольку энергетическую политику на Украине определяют американцы, занимающие руководящие должности в наблюдательных советах украинских государственных (пока ещё) компаний. Это – прямые последствия «диверсификации», и они губительны для страны.

Казалось бы, ясно: экономическая модель, способная эффективно противостоять практикам диверсификации – союзническая, с тем уровнем интеграции, который позволит той же Белоруссии иметь желаемые цены на нефть и газ. Многовекторности здесь не получится, из математики известно, что разнонаправленные векторы вычитаются, а не складываются: из большего – меньший и результат получается меньшим, а не большим.

В кабинетах власти РБ почему-то думали, что в геополитической математике разнонаправленные векторы можно сложить и получить не разность, а сумму в виде массы выгод. Когда же математика взяла верх и наступил 2020 год, переговоры по нефти зашли в тупик. Стороны решили отложить эти переговоры, поскольку пришли к выводу, что обсуждать, например, стоимость транзита не имеет смысла в условиях, когда неизвестно, каким будет этот транзит. Минск пытается компенсировать потери от многовекторности (да-да, именно от неё) повышением тарифа на транзит на 16,6%, но российской стороне в этом выгоды нет. Прокачка нефти через территорию Беларуси составляет 50 млн тонн в год (таковы планы на 2020-й), «Транснефть» же, чтобы не переплачивать, имеет возможность больше чем наполовину разгрузить нефтепровод «Дружба», используя порты в Приморске, Новороссийске, Усть-Луге. Кроме того, как следует из данных «Транснефти», в 2020 году на 13 млн тонн вырастут поставки нефти российской нефтепереработки.

А что касается заявлений Минска о поисках нефти по всему миру, то это ударит по самой Белоруссии. «Во все страны мы разослали соответствующие коммерческие предложения. Все коммерческие службы наших заводов, Белорусской нефтяной компании находятся на переговорах практически в ежедневном режиме. Думаю, здесь скоро мы тоже получим альтернативные варианты конкретных объемов конкретной нефти», – заявил первый вице-премьер РБ Дмитрий  Крутой после недавнего совещания Александра Лукашенко с руководством Совета министров. С момента заявления Крутого прошла неделя, а дешёвой нефти белорусы пока не отыскали. Эксперты убеждены, что нефть в мире найти несложно, но нефть по российской цене (83% от мировой) – невозможно. Однако в Минске руководствуются не математической логикой, а логикой многовекторности: там пытаются из разности получить сумму.

А если не выходит, возникают дополнительные требования к российской стороне или идея использовать нефтепровод «Дружба» для поставок нефти в Беларусь из Литвы. Это очень напоминает украинскую историю с «реверсным» газом. Литва, кстати, уже встрепенулась в предвкушении барышей. «Мы вполне можем быть партнёрами Беларуси в вопросах снабжения нефтью. У нас есть инфраструктура для поставок: нефтяной терминал и нефтепровод «Дружба»», – цитирует бывшего министра экономики Литвы Дайнюса Крейвиса немецкое издание Deutsche Welle. Для этого, правда, надо проинспектировать состояние участка «Дружбы», проходящего по литовской территории и, возможно, вложить средства в его ремонт, но зато у белорусов появится альтернатива, путь даже дороже. Украина же платит Западу за «независимость» – и ничего, терпит, смогут и белорусы потерпеть. Латвия (Klaipedos nafta) тоже не дремлет – предложила возить нефть в Беларусь по железной дороге. Тоже недёшево, зато «диверсифицированно»!

Больше всех суетятся поляки, у Минска давно зреет план наладить «реверс» из Польши, но загвоздка в том, что «Дружба» работает лишь в одном направлении. Одновременно гонять по нефтепроводу нефть в Европу и в Белоруссию не получится. Однако белорусские умельцы ищут способ. «Допустим, неделю качаем на Мозырь, а три недели из Мозыря», – предложил Андрей Вериго, главный инженер «Гомельтранснефть Дружба». Злые языки поговаривают, что и «плановый ремонт» нефтепровода «Дружба» был затеян в Беларуси с целью проверить его возможности перекачивать нефть в Польшу и из Польши. Так или иначе, а 20 января оператор белорусского участка магистрального нефтепровода «Дружба» отчитался, что ремонт закончен и «в настоящее время транзит российской нефти через территорию Беларуси продолжается в штатном режиме». В этот же день стало известно, что Москва и Минск согласовали методику компенсации за загрязнённую нефть, попавшую в нефтепровод «Дружба» в апреле 2019 года.

«Сейчас нет проблемы, чтобы привлечь сырьё из других стран на белорусские нефтеперерабатывающие заводы. Проблема в том, насколько эффективной будет переработка этой нефти… По некоторым подсчётам, поставки нефти Беларуси из России на условиях 2019 года будут дешевле других поставок с мирового рынка минимум на 1,6 млрд долларов в год при объёме в 24 млн тонн. Минску было бы хорошо, если бы нашелся благодетель, готовый покрыть эту разницу», – пишет белорусский портал ТUT.BY. Вот так в Минске и представляют многовекторность: некий «благодетель» внезапно дарит белорусскому государству 1,6 млрд долларов в год, причём при больших объёмах поставок. Минску  и впрямь от этого было бы неплохо, да только благодетеля пока не видно.

Москва не против уступок, но на условиях углублённой интеграции. Сейчас даже оголтелые оппозиционеры признали, что о политической интеграции речи не идёт, а умеренные уточнили, что углубление интеграции предполагает унификацию налогового и таможенного законодательства. Это логично: если цены на нефть и газ «как в Смоленской области», то и налоговая политика России и Беларуси должна строиться на одних и тех же принципах. Если торговля беспошлинная, то и таможенная политика должна быть одинаковой. Странно, что при этом говорят о «потере независимости»: в дистиллированном виде независимость существует на Земле разве что у немногих племён, живущих без нефти, газа, электричества, а иногда в условиях дефицита воды и продовольствия. Многовекторность независимости не предполагает, в её основе заложено неустранимое противоречие разнонаправленных векторов. «Диверсификация» отношений с Россией означает одновременное увеличение зависимости от Запада (или от Китая). Противопоставить этому можно только углублённую интеграцию с главным союзником, позволяющую развивать и экономику, и институты государства.

Увы, в Белоруссии идея многовекторности настолько запала в умы руководителей, что об альтернативной нефти говорят и нефтяники, усматривая в российских углеводородах инструмент «влияния и экспансии». «Сегодня мир пришёл к тому, что нужно выходить на открытые рынки, идти в море, брать нефть и везти к себе на сушу. Да, этой нефти будет мало, допустим, максимум 20 процентов от всего объёма. Она будет самая дорогая по логистике. Но эта нефть будет гарантировать, что завтра или послезавтра при перебоях основного источника поставки страна будет чувствовать себя стабильно, энергоносители будут поступать в нужном количестве и не произойдет перебоев ни в производстве химической продукции, ни в производстве моторных топлив», – утверждает Андрей Вериго, признавая, впрочем, что «Россия в ближайшие годы сохранит за собой 90% процентов нашего рынка». Как спасут экономику 10-20% очень дорогой «диверсифицированной» нефти, главный инженер «Гомельтранснефть Дружба» пояснить не может – ведь на практике многовекторность несёт Белоруссии одни убытки.

Арина Цуканова, ФСК

Источник ➝

Правосудие как обструкция

Федеральный суд Швейцарии оставил в силе решение Женевского международного арбитража по Крыму

 

Россию обязали выплатить 12-ти украинским компаниям по их искам свыше 82 млн долларов за насильственную якобы потерю ими активов в Крыму. Швейцарский суд отклонил апелляцию Минюста РФ по данному судебному решению. В более широком контексте решение суда означает, что Крым признаётся аннексированной территорией. За что Россия должна «хотя бы заплатить»…

Иными словами, политическая и правовая обструкция Западом российского Крыма далека от завершения.

Проигнорирована аргументация «ответчика», согласно которой вполне доказательно указывается, что, во-первых, означенные претензии Киева минимум на треть превышают реальный объем крымских активов Украины, перешедших в российскую юрисдикцию. А во-вторых — этот переход был осуществлен в соответствии с профильными международными нормами.

Тем временем арбитражные суды ряда стран ЕС, США и Канады ныне рассматривают 10 исковых требований 50-ти украинских компаний по поводу «насильственной» якобы потери ими активов в Крыму. Общая сумма претензий к российской стороне — не меньше 9 млрд долл. Не исключено, что упомянутый вердикт суда Швейцарии сориентирует (по крайней мере, политически) на те же решения по всем этим искам.

Некоторые зарубежные эксперты полагают также, что означенным вердиктом суда Швейцарии создан прецедент для аналогичных провокационных исков той же Грузии к РФ в связи с признанием Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, добившихся в 1990-х отделения от неё в результате многолетней кровопролитной борьбы против геноцида со стороны грузинских властей. Политико-экономическая блокада этих стран со стороны «союзников» постсоветской Грузии — США и других стран-частниц НАТО, только подливает масла в огонь, считая Абхазию и Южную Осетию, якобы, отторгнутыми Россией от Грузии.

Разумеется, российская сторона продолжит оспаривать решение швейцарского суда. Однако на объективность, точнее, непредвзятость международных правовых структур, рассчитывать не приходится — вопрос это стародавний.

И все потому, что эти структуры не единожды отказывали и поныне отказывают в компенсациях странам, часть территории которых была когда-то именно оккупирована западными державами.

В Международный суд ООН и смежные юридические инстанции, включая швейцарские, не единожды обращалась (хотя бы для выплаты компенсации) Республика Гаити, в связи с оккупацией США в 1860-х — исконно гаитянского острова Навасса, расположенного в «треугольнике» между Гаити, Ямайкой и Кубой. Тщетно…

То же самое — с аналогичными обращениями Маврикии насчет оккупации британцами (с середины 1960-х) маврикийского архипелага Чагос; Мадагаскара, поныне оспаривающего принадлежность Франции близлежащих к нему островов Эпарсе и Тромлён; Аргентины, в связи с отторжением от неё в середине XIX века Мальвинских (брит. — Фолклендских) островов; Боливии, у которой Чили аннексировала в конце XIX века регион, примыкающий к Тихому океану; Сомали, оспаривавшей принадлежность Парижу с конца XIX века северо-западного, т.е. «Французского Сомали» (с 1978 г. — республика Джибути).

То же — с обращениями политических организаций арабской Палестины в связи с аннексией Израилем в 1948 году. То же — и с обращениями Ливана в связи с неоднократными вторжениями израильских войск в эту страну.

Имеется немало и других примеров вопиющего двуличия тех же судебных инстанций, более того, есть все основания полагать, что примеров такого рода и впредь будет не меньше, пока влияние Вашингтона, Парижа и Лондона на международные юридические инстанции остаётся решающим.

Алексей Леванов, Столетие

Популярное в

))}
Loading...
наверх